Цапля

«Мохнатый шмель — на душистый хмель, Цапля серая — в камыши…»

Романс на сл. Р. Киплинга

Было это в конце августа. Тогда казалось, что лето ещё будет, несмотря на то что прохладные звёздные ночи стали длинней и темней. Ранним утром я гнал по пустынной трассе. Мелькали знакомые места, перелески, мосты и дорожные указатели. Сопки отсвечивали оранжевым, а Хилок был укрыт ночным туманом. Опустив стекло, вдыхал прохладный аромат степи и скоро оказался у озера. Приближаясь, ехал тихо, с открытыми окнами — если не увижу раннюю птаху, то обязательно её услышу…

Спустившись к воде, присел на старые рыбацкие кладки. Потревоженные моим появлением, обитатели озера попрятались и притихли. Было безветренно и в голубой воде плавали отражения сопок. Повернув голову в сторону берега, я замер от неожиданности: на высоких соснах сидели цапли. Было их не менее десятка и они безмолвно глядели на восток. Словно доисторические существа, они застыли, созерцая утреннюю зарю. Я пригнулся, чтобы осока скрыла меня и достал бинокль. Теперь можно было рассмотреть птиц в подробностях. Серые изваяния хорошо смотрелись на зелёном фоне сосновой хвои. Заворожённый, я пытался понять тайный смысл происходящего.

Цапля — непременный обитатель околоводных пространств и принадлежит к семейству цаплевых отряда голенастых или аистообразных. Её можно встретить в пойме Хилка, Бичуры, Буя и других рек. Она делит среду обитания на берегах с чёрным аистом, журавлём красавкой и другими птицами. На озере Харасун и в Еланском бору я наблюдаю их много лет, и отрадно, что колония год от года увеличивается. Гнездятся цапли на высоких деревьях, но бывают гнёзда и просто на земле. Воочию с таким столкнулся на Амбонском озере. Оно тогда было полноводным. На берегу я сделал из ивовых шестов скрадок и накрыл его брезентом, а чтобы не ломиться каждый раз сквозь высокие камыши, решил прокосить к нему узкий проход. Недалеко от берега коса воткнулась в большое плоское гнездо. Вспомнил, что с противоположного берега часто видел стоящую здесь цаплю. В тот год гнездо по какой-то причине было пустым, возможно, оно было разорено корсаком.

Легче всего цаплю наблюдать на озере Харасун, которое имеет вид подковы. Внутренний берег его порос камышом, осокой и мало посещается людьми. Здесь всегда можно увидеть спокойно стоящую цаплю. Если она дремлет, то складывает свою длинную шею на спину, а если рыбачит — вытягивает её вверх, словно журавль или гусь. Увидев в воде добычу, цапля молниеносно хватает её своим острым и длинным клювом. Однако у обладателя столь мощного инструмента всё же есть враги. Это лисы, хорьки, вороны. А однажды вместе с местным рыбаком мы наблюдали момент нападения редкой птицы подорлика на колонию цапель.

«Смотри, смотри, коршун с цаплями дерётся! — крикнул мне пожилой рыбак, приехавший на озёро на велосипеде, — а они ему спуску не дают!» Над камышами развёртывалась баталия: совершая пируэты над водой, цапли отбивались от хищника. Летели перья, цапли и все обитатели озера беспокойно кричали, переполох стоял невообразимый.

«Нет, вроде не коршун, — сказал я, — что-то уж сильно крупный…»

«Коршун, коршун, — ответил мне рыбак, — я его тут каждый год вижу!»

«Гнездо, наверное, разорял, — предположил я, — или на взрослую цаплю напал?»

«Не… у них цаплята уж дивненькие, — протянул со знанием дела рыбак, — это он рыбу отнимал…»

Подивившись наблюдательности собеседника, я поднялся на песчаный увал и стал рассматривать в бинокль хищника, который уселся на противоположном берегу. Был это явно не коршун: приспустив крылья, он нервно, вразвалку переступал с ноги на ногу. Вид у него был свирепый, и тому причиной была неудачная охота. Сделанный снимок я впоследствии разместил на сайте «Природа Байкала» и получил комментарий биологов, что хищник этот — подорлик большой, редкая у нас краснокнижная птица.

Мы присели с моим собеседником на корягу и наш разговор продолжился:

« А охотники не трогают цапель?»

«Щас нее… а раньше, помню, стреляли, — он затянулся сигаретой и продолжил: — убьют, бывало, и бросят — грех! Это не охотники!» И мне вдруг вспомнилась убитая недалеко от этого места цапля. Лежала она на берегу Хилка, крыло было раздроблено, и у меня появилась редкая возможность рассмотреть птицу. Цапля была в брачном наряде: лапы и клюв в это время имеют оранжевый оттенок. Расцветку оперения можно было описать тремя словами: серое, белое и чёрное. Косички, которым я удивлялся, когда видел птицу в бинокль, оказались чёрными длинными тонкими перьями. Но особенно меня поразили ноги: словно палки, в мелкой чешуе, с вывернутыми назад коленями. Особо на них выделялся коготь среднего пальца: он имел зазубрины и был похож на расчёску. Коготь этот имеет важное значение для птицы: им она распределяет по брюшку и груди так называемую пудру — мелкий порошок изношенных перьев. Это необходимо, чтобы избежать слипание перьев от рыбной слизи. Я поднял останки — весу в этом тощем создании было не более килограмма.

Но в целом сейчас человек не является для цапель врагом, как это было ещё в середине XX века. Тогда цаплю признали вредной для мирового рыбного хозяйства и старались разными способами ограничить её размножение. На Хилке цапля вместе с аистом и журавлём красавкой стала фактором, ограничивающем размножение гольяна.

«Не боитесь конкурентов? — спросил я напоследок у рыбака, — не стало карасей меньше?»

«Нее… они и лягушек едят и мышей, и на Хилке промышляют. Они тут завсегда, приеду — торчит цапля на том берегу, значит, и мне веселей…»

А этим летом и нам с приятелем веселей было коротать время на пасеке, что стояла на Хилке. Грациозные и хрупкие создания нас встречали и провожали, пролётали над пасекой, кружили в небе, а однажды цапля села на улей. Помните, как-то написал, что если встретишь птицу, то будет она с тобой отныне навсегда… Разве не так?

Д. Андронов

На снимках: Брачный танец; цапля на рыбалке.

Репродукция картины фламандского художника XVI века Йодокуса Хондиуса

«Борьба между собакой и цаплей»

И ещё два снимка, просто потрясающих видом сверху. Их сделал Стас Андронов с дрона.