Соболезнования

Андрей мой ученик. Так страшно и неожиданно. Хорошо знаю всю семью. Галина Иннокентьевна, Иван Агапович, Юля, в эти трудные минуты вместе с вами наши сострадание и боль. Крепитесь.

Соболезную...

Старшее поколение формчан не раз ностальгически вспоминало Дору Алексеевну Иванову, тетю Дору. Ей пришлось пережить мужа и сыновей, последние годы жила одна.Не смотря на нелегкую долю, выпавшую ей, на все кульбиты и перепетии жизни, ее удары она всегда переносила с улыбкой, была милой добродушной женщиной. Из тех, что в горящую избу войдет... На таких мир держится. А теперь ее не стало.

Пишу на сайт, потому что пока находился в госпитале, мог просмотретьнекролог в БХ. Кто знал и не забыл, помяните доброго человека...

Это какая т. Дора? Жена Леонида Климовича? Билетёрша кинотеатра?

Да, Сергей! Из жизни ушла вдова Леонида Климовича, которую можно было считать символом старого кинотеатра, не имевшего названия. "Хилок" появился уже без меня, не знаю, работала ли она там.

Да, конечно помним т. Дору! На всех детских сеансах половина зала пацанов - без билетов, добрее билетёрши наш кинотеатр не видал! Но если кино "кроме детей до 16 лет", то не приступнее и строже билетёрши тоже было не сыскать. Особенно помню "Генералов песчаных карьеров", на который через т. Дору было не прорваться... Помним и соболезнуем.

Картинка из детства: робко протягиваю билет т. Доре; её фигура возвышается на фоне темной портьеры как дородная императрица. Как бы между прочим, глядя куда-то вперед, отрывает контроль, и я прошмыгиваю в полутемный зал. Еще раз перечитываю раскинувшийся над сценой транспорант: "Партия торжественно провозглашает: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!" Н.С. Хрущев. Не надеясь на сидячее место, пробираюсь ближе к сцене, устраиваюсь среди собратьев по возрасту; здесь нравы попроще - можно и орехи пощелкать и прихваченный из дома пирог с черемухой пожевать. Если и тут с местами туго, можно залезть на сцену, но это карается - вот чьи-то уши проецируются на экран, следом несется из зала: - Брысь со сцены! Дора не вмешивается, однако вот на пол посыпалась ореховая шелуха: реакция не заставляет ждать, включает свет, зал негодует: свист, топот, злоумышленник пыхтя возится под креслами. Свет тухнет, фильм продолжается, но недолго: с треском рвется пленка, остановившийся кусок плавится на экране всеми цветами радуги. Свист, топот: - На мыло!!! Сапожник! Загорается свет. В киноаппаратной прослушивается бурная деятельность по склейке плёнки. Дора: - Ребятишти, не шумите, щас наладит... Кто-то отпетый отпускает смачный мат, и снова Дора, спокойно: - Щас выведу...! И снова: - Не шолкайте орехи! А то выведу! Вот застрекотал аппарат, кино продолжается. Я залезаю ползком на сцену, устраиваюсь у колонки, лежа на боку, вынимаю из кармана пирог с черемухой, вот теперь - красота! Только бы не оглохнуть, ведь фильм про войну.

Светлая память этому человеку из детства.

Спасибо за добрую память, Дмитрий и Сергей! И за те теплые слова, которые вы нашли... Они наверняка созвучны скорби всех, кто в детстве, юности и в зрелые годы попадал на дневных и вечерних сеансах в ауру "опеки" Доры Алексеевны...

Печальная весть... Тяжелый недуг сломил жизнь Афанасьева Ивана Иосифовича. Многие знали его как Ванюху Копченого. Ровно год назад состоялась наша последняя встреча, но мы не предполагали, что встречаемся в последний раз. Уже тогда болезнь серьезно подкосила его некогда железное здоровье, было видно, что ему тяжело физически. Но он держался, находил силы пошутить и побалагурить, построить планы на будущее... В наших разговорах обозначились выезды на Хилок, в Харазап, Клочки и Тарбагашку. Теперь эти выезды уже не состоятся - сегодня Бичура прощается с Иваном. А мы, Иван, прощаемся с тобой здесь, на берегу океана. Поторопился ты... Пусть земля тебе будет пухом!

Зря, ты так Дима. Максим учился у нас в школе и Наталья Пантелеймоновна вела у него уроки, она, как никто другой, знала его. Среди людей принято говорить о покойном хорошие слова, а эти были сказаны к сорока дням. И страдающие от безвозвратной потери родные ждут и внимают им, и утешаются ими. Потому что молчанием не утешишься. А вопрос "Зачем..." - он на устах всех, кто знал Максима, и беда Натальи Пантелеймоновны только в том, что она его озвучила. Задать безответный вопрос в такой ситуации - что вопль на похоронах, плач, причитания, разве требуют они ответа? Какой же тут спиритизм! Ну а если ты хотел выразить свою личную боль, то у нас есть рубрика "Соболезнования".

Не могу не сказать о Ване Копченом, двоюродном братане (наши мамы двоюродные сестры). Это человек с настоящим мужским началом, немногословный, но всегда способный на поступок. Одна история (не считая бичурских приключений), когда ансамбль Балагуры гремел на всю Бурятию (и окрестности) не помню точно, но в конце 70-х, был какой-то фестиваль народных коллективов, и проходил он тогда аж в театре Оперы и Балета в Улан-Удэ, подробности опускаем. Просто кто помнит Ваню в молодости, у него были волосы до плеч, что никак не вмещалось в формат такого мероприятия, и организаторами было поставлено условие Ивану, немедленно привести в порядок свою прическу, иначе их выступление не состоится. Ваня по простому их отправил, мол не сильно и хотелось. Кончилось дело тем, что руководители театра приняли решение Ваню слегка загримировать, их гримеры (видимо специалисты своего дела) так ловко спрятали Ванюхину шевелюру как-то назад, что он выглядел на сцене как пай мальчик. Такая вот история с Копченым на главных подмостках Республики.

PS. Рассказал брат Василий (оба участники Балагуров)